О нас Контакты Сказка про нас Друзья и партнеры Авторам

Сказка про нас

Макс отложил карандаш и недовольно посмотрел на нарисованного жирафа.

— Мне не нравится твой цвет, — хмуро сказал Макс.
— А мне не нравятся твои уши, — ехидно сказал жираф.

Макс вспыхнул. У него и вправду были довольно большие уши, — прозрачные, розовые, почти такого же цвета, какой получился жираф. Жираф, — это Макс прекрасно помнил, — не должен быть розовым. Он должен быть или коричневым в желтых пятнах, или желтым в коричневых пятнах, — это как посмотреть.

Из всех животных, которых они с мамой видели в московском зоопарке, Макс запомнил жирафа лучше всего. В маленьком городе, где жил Макс, зоопарка не было, но Макс ни за что не уехал бы отсюда навсегда. Он очень любил этот город. Тут были бабушка с дедушкой и школа, в которую Максу, в общем-то, очень нравилось ходить. Тут были двор с вишневыми деревьями, большущий парк прямо через дорогу от дома и кукольный театр. И еще тут была Маруся. Макс с Марусей были лучшими друзьями, и единственное, за что Макс ненавидел каникулы, — это Марусин отъезд на море. Сам он съездил с мамой и папой в Москву, и это, конечно, было очень здорово, но если бы Маруся могла поехать с ними! В зоопарке Максу было даже неинтересно передразнивать обезьянок, — без Маруси все получалось не так.

К счастью, каникулы кончались уже в понедельник, и завтра Маруся должна была вернуться домой. В последние дни Макс так и говорил себе: «Осталась неделя», или: «Осталось пять дней», а потом папа подсказал ему: ждать становится гораздо легче, если считать не дни, а «послезавтры».

— Вот смотри, - сказала папа, - Маруся приедет через четыре дня, так? А ты себе говори: «Маруся приедет после-после-послезавтра!» А это — почти что завтра! И теперь Маруся действительно приезжала завтра. И Макс приготовил ей в подарок самый настоящий зоопарк.

С самого поза-поза-поза-поза-позавчера Макс рисовал для Маруси всех животных, которых он видел, а Маруся — нет. Папа принес ему большую плоскую коробку из-под принтера, и Макс обклеил коробку зеленой бумагой, чтобы все было, как в настоящем зооопарке. Каждый вечер они с мамой аккуратно вырезали всех животных, которых Макс нарисовал за день, и приклеивали их ко дну коробки. Коробку Макс закрывал крышкой, ставил под кровать и говорил себе: «Послепослепослезавтра», или «Послепослезавтра», или, наконец, «Послезавтра!».

Все животные, которых Макс нарисовал для Маруси, были очень похожи на настоящих. По ночам, в закрытой коробке, они паслись в траве или грозно, хоть и очень-очень тихо, рычали друг на друга. Обезьяны иногда кидались бананами, а слон фыркал и обливался из хобота холодной водой. И сегодня, перед самым марусиным приездом, Максу оставалось нарисовать только жирафа. И дурацкий жираф, как назло, получился розовым, потому что дурацкий новый карандаш оказался каким-то не таким, не коричневым и не желтым, а розовым, вот и все. И Макс очень рассердился, особенно когда жираф съехидничал про его уши.

— Знаешь, что? — сказал Макс, - Мой зоопарк прекрасно обойдется и без жирафа! — и стал искать ластик.

Но тут в комнату вошла мама и сказала:

— Зайкин, молоко и спать. Макс всегда начинал ныть, что он еще совсем не хочет спать. Но сегодня в мамином голосе было что-то особенное, и Макс встревожился. Он внимательно посмотрел на маму. Мама у Макса была очень красивая, самая красивая на свете, но сегодня она выглядела ужасно уставшей. Макс тут же забыл про жирафа. Он подбежал к маме, заглянул ей в глаза и спросил:

— Мамочка, ты заболела?
— Ну что ты, зайкин, - сказала мама, — совсем нет. Просто я уже три ночи не могу нормально спать.
— Тебе снятся плохие сны? — спросил Макс расстроенно.

Он-то знал, что хуже плохих снова ничего на свете не бывает. Но мама только покачала головой.

 Совсем нет, — сказала она. — Просто происходит что-то странное: мне в окно все время светит луна. Раньше она поднималась высоко-высоко, и ее свет был приятным. А теперь она почему-то висит прямо перед моим окном и не дает мне выспаться. Даже занавески не помогают. Поэтому, зайка, давай сегодня ты ляжешь пораньше, и я тоже лягу пораньше, а то у меня совсем нет сил.

И Макс безо всяких капризов дал маме вымыть себя в ванне. Потом он забрался в пижаму, почистил зубы, выпил молоко и даже не пожаловался на пенку. Когда мама подтыкала ему одеяло, она присела на край кроватки отдохнуть. Макс увидел, что мама и вправду очень, очень, очень устала.

— Спи хорошо, мамочка, — сказал Макс.

Мама выглядела такой слабой, что Максу сделалось очень не по себе. «Хорошо еще», — подумал он, — «что никаких «послепосле» больше не осталось, и Маруся приезжает прямо завтра».

Максу показалось, что он только успел закрыть глаза, когда что-то влажное и теплое ткнулось ему в щеку. От неожиданности он подскочил на кровати. Было уже совсем темно, видно, на самом деле он проспал час или даже два. Но главное — в комнате явно кто-то был! Макс протер глаза, вгляделся в темноту — и чуть не завопил от удивления. Прямо около его кровати стоял розовый жираф! Не такой маленький, каким его нарисовал Макс, а большой, настоящий жираф!

— Тссс! — сказал жираф. — Весь дом перебудишь!
— Ты что тут делаешь? — испуганно спросил Макс.
— Помогаю тебе, ушастику, — сказал жираф. — Смотри, кого я привел.

И только теперь Макс понял, что за спиной у жирафа сбились в кучу все животные, которых он поселил в коробку! Носорог поводил тяжелой головой из стороны в сторону. Слон осторожно переступал огромными лапами. Маленькие газели блестели из темноты восхитительными влажными глазами. И даже обезьяны вели себя на удивление тихо.

— Вставай, надевай тапки, — сказал жираф. — Будешь помогать. И звери под предводительством жирафа тихо-тихо потянулись из комнаты в коридор. Они очень старались не цокать когтями и не стучать копытами по полу.

Максу оставалось только поспешно нащупать ногами тапки и бегом броситься за ними.

Жираф взялся мягкими губами за ручку замка и тихонько открыл входную дверь. Вниз, вниз по лестнице со второго этажа на первый, из подъезда наружу и потом через двор, — звери осторожно пробирались вдоль стены дома. Изумленный Макс крался за ними следом. Они обошли дом и остановились. Жираф поднял морду, копытом показал Максу куда-то вверх и сказал:

— Смотри!

И Макс увидел луну! Только висела она не в небе, где ей было положено висеть, а прямо за окнами маминой спальни.

— Видишь? — сказал жираф. — Она застряла в ветках и не может подняться до конца. Застряла как раз под окном у твоих мамы с папой и не дает маме выспаться.

Макс охнул: теперь он и сам видел, что луна застряла в ветках и даже немножко подрагивает, как будто пытается освободиться. Беда заключалась в том, что ствол дерева был совсем гладким — не залезешь. Макс попытался ухватиться за какой-то крошечный сучок, но сорвался и только расцарапал себе ладонь. Тогда Макс стал оглядываться в поисках камня: он решил сбить луну вниз.

— С ума сошел?! — сердито сказал жираф, а удав даже возмущенно зашипел. — Она же разобьется! Ни в коем случае! Ее надо выпутать из веток. Стой здесь и следи, чтобы никто нас не видел, а то поднимут шум, и ничего не получится. Договорились?

Макс кивнул. Тогда жираф подошел поближе к дереву. У него была очень длинная шея, но он, конечно, не доставал до луны.

— Гигантская черепаха! — скомандовал жираф, — подползай поближе, я стану тебе на спину! Газели! Подсадите-ка кабанчика, пускай залезает на спину ко мне. Мартышки! А ну забирайтесь ему на голову! Не достаете? Слон! Помоги им залезть повыше!

Жираф командовал и командовал, и постепенно животные собрались в очень высокую пирамиду. На вершине пирамиды, прямо на голове у большого тюленя, лежал лемур и сладко-сладко спал. Макс знал, что лемуры всегда спят, если только в этот момент не едят.

— Лемурище! А ну проснись! — велел жираф, и сонный лемур открыл один глаз.
— Давай, — сказал жираф, — твоя очередь.

И тогда лемур осторожно встал на задние лапки, а передними дотянулся до луны. Луна затрепетала. Было очень заметно, что она хочет освободиться и взобраться на небо, на свое место. Лемур потихоньку освобождал одну веточку за другой. Пирамида из зверей угрожающе покачивалась, некоторые животные стонали и кряхтели от напряжения. Макс даже прикрыл рукой рот, — так он волновался.

— Сейчас… — приговаривал лемур, возясь с упрямыми ветками, — Сейчас… Сейчас… И тут луна взяла и рванула вверх!

От неожиданности лемур зашатался, тюлень хрюкнул, жираф охнул, пирамида рухнула, и все звери кубарем покатились по траве. Макс, как завороженный, смотрел на луну, — она взлетела почти до самого неба, но вдруг замерла, как будто задумалась. Медленно-медленно луна стала спускаться вниз. Это было так красиво, что звери перестали потирать ушибы и недовольно бурчать, — они замерли, завороженные ее красотой.

Луна повисла прямо у Макса над головой, и вдруг от нее откололся крошечный сияющий камешек и упал в траву. Макс поспешно подобрал его и зажал в кулаке, а луна, теперь уже совсем беззаботно, рванула вверх и заняла свое обычное место. А там, где она пролетела, на небе след остался след из тысячи ярких искр.

— То-то, — довольно сказал жираф.

Макс растерянно смотрел на него и не знал, что сказать.

— Прости, что я хотел стереть тебя ластиком, — сказал он наконец. — И что ты получился такой розовый.
— Чего не случается между друзьями, — сказал жираф. — Я не сержусь. И ты меня прости за уши.
— Чего не случается между друзьями, — сказал Макс.

У него на языке вертелся один очень важный вопрос, но он не знал, как его задать.

— Наверное, — спросил он осторожно, — вы теперь не вернетесь в коробку?

Все звери подошли поближе, и Макс чувствовал, как слон дышит теплым хоботом ему в плечо.

— Это, в общем-то, тебе решать, — сказал жираф. — Но мы надеялись, — то есть мы мечтали, но и надеялись тоже, — что ты отпустишь нас жить в парк.

— Это же прямо через дорогу, — сказал бегемот.
— Мы будем совсем близко, — прогудел тюлень. — Мы можем даже заходить в гости.
— Пожалуйстапожалуйстапожалуйста! — хором заныли обезьянки. Даже лемур, который успел заснуть на спине у гигантской черепахи, просительно приоткрыл один глаз.
— Но что же я подарю Марусе? — растерянно сказал Макс. — Ведь она приезжает уже завтра, и я так старался, чтобы… И тут он вдруг понял, что подарит Марусе. Ведь у него в кармане был кусочек самой настоящей луны!

— Макс! Макс! Просыпайся, зайкин-побегайкин! Скоро Маруся придет! А ну вперед, мыться-одеваться-пить-есть!

У мамы был такой веселый голос, что Макс заулыбался еще до того, как совсем проснулся. А проснулся — и все вспомнил!

— Ого! — сказал он. — Ого! Мамочка! Ты выспалась?
— Еще как! — сказала мама. — Не знаю, что произошло, но луна как будто вернулась на свое место. Я прекрасно спала, и мне даже снился удивительный сон, как будто у меня под окнами бродят животные очень странных цветов!
— Не представляю себе, с чего бы это, — хитро сказал Макс.
— Вот именно, — сказала мама. — Вылезай из постели, зайкин, — Марусина мама звонила, они приехали. Если ты немедленно почистишь зубы и съешь завтрак, я отпущу вас с Марусей гулять в парк.

И Макс помчался в ванную. А потом на кухню. А потом в комнату, где он надел свою самую любимую, самую яркую оранжевую футболку и самую взрослую кепку. А потом он аккуратно приподнял край подушки, вытащил тихо сияющий лунный камушек и спрятал его в карман.

Когда Маруся и Макс перебежали дорогу и подошли ко входу в парк, выяснилось, что внутрь, за ограду, не так-то легко попасть. У огромных ворот парка бурлила толпа. Дети и взрослые пробирались вперед, а те, кто выходил из парка, взахлеб рассказывали, что ночью произошло удивительное дело. В парке поселилась целая куча экзотических животных! Причем тигр разрешает детям кататься на себе верхом, а мартышки помогают лоточницам продавать мороженое! Но чаще всего в толпе повторялось слово «жираф».

— Вы видели жирафа? — говорили люди друг другу. — Удивительного розового жирафа! Он поет песни и решает задачи по математике! И те, кто только что вышел из парка, бежали обратно, чтобы еще раз посмотреть на розового жирафа, а те, кто только что пришел, бросались за ними следом.

Макс схватил Марусю за руку и протащил через толпу.

— Мы должны увидеть жирафа! — сказала Маруся, — Я никогда в жизни не видела живого жирафа, не то, что ты!

Макс чуть не сказал, что он видел живого жирафа не только в зоопарке, но удержался, и они побежали в ту сторону, куда двигалась вся толпа. Посреди большой лужайки стоял розовый жираф и раскланивался. Он только что закончил рассказывать сказку про Золушку и теперь наслаждался аплодисментами. Маруся захлопала и запрыгала. От радости, что ей так нравится жираф, Макс захлопал и запрыгал вместе с ней. А розовый жираф, заметив Макса в толпе, едва заметно подмигнул ему — и сразу отвернулся. Жирафы умеют хранить секреты не хуже людей.

Весь день Макс с Марусей гуляли по парку: катались на тигре, гладили газелей, покупали мороженое и пончики у мартышек и даже научились у тюленя подбрасывать носом мячик. Когда они потихоньку брели домой, было уже почти темно, и луна успела забраться на самую верхушку неба. Тогда Макс остановился.

— У меня для тебя подарок, - сказал он и неловко полез в карман. Лунный камешек был на месте. Макс зажал его в кулаке, вытащил кулак и вздохнул. Он очень волновался.
— Держи! — сказал Макс и разжал кулак.

На ладони у него лежал кусочек самой настоящей луны. В вечерних сумерках лунный камешек засиял так нежно и прекрасно, что Макс с Марусей аж ахнули от восторга. Но как только Маруся протянула к нему руку, камешек вдруг взмыл в небо!

— Ты куда?! — закричал Макс, но камешек поднимался все выше. Он выписывал в небе светящиеся кружева и золотистые зигзаги и улетал все дальше. Он поднимался к луне и, наконец, совсем скрылся из виду. Но Максу показалось, что луна засветилась чуть-чуть ярче. Не решаясь посмотреть на Марусю, Макс опустил голову и закусил губу. Ему было ужасно обидно, что его подарок улетел. Он не заплакал только потому, что от слез ему сделалось бы еще стыднее. Но тут Маруся взяла Макса за руку, и Макс посмотрел ей в глаза. Глаза Маруси светились мягким, волшебным светом, — совсем как улетевший лунный камешек.

— Ух ты! — сказала Маруся и сжала его руку крепко-крепко. — Ух ты!

Автор сказки: Линор Горалик